Каким 2019 год видел Айзек Азимов

35 лет назад, 31 декабря 1983 года, в канадской газете The Star была опубликована статья знаменитого фантаста Айзека Азимова с прогнозом на 2019 год. Этот год был выбран не случайно — начинался 1984, увековеченный в антиутопии Джорджа Оруэлла. И поскольку одноименный роман был написан Оруэллом в 1949 (за 35 лет до 1984), Азимова попросили сделать свой прогноз того каким будет мир еще через 35 лет. Писатель любезно согласился, затребовав символический гонорар в размере одного доллара за слово (меньше двух тысяч долларов за весь текст).

Прежде чем приступить к изложению прогноза Айзека Азимова, уместно вспомнить что происходило в 1983. В разгаре была холодная война между США и СССР — в марте американский президент Рональд Рейган назвал Советский Союз империей зла, а в сентябре советская авиация сбила пассажирский Боинг, который залетел в наше воздушное пространство. Получали все большее распространение персональные компьютеры, Apple готовилась к анонсу своего знаменитого Macintosh 128K. А с 1 января 1983 ARPANET перешла на протоколы TCP/IP, что принято считать днем рождения Интернета.

Итак, каким видел наше время автор трех законов робототехники? В первую очередь Азимов предупреждает: его прогноз исходит из допущения, что ядерная война между США и СССР не состоится. В противном случае на Земле мало кто выживет, и прогноз, в котором упор делается на развитие технологий, не имеет смысла. Но судя по всему, в этом отношении писатель настроен оптимистично — он считает, что реализация глобальных проектов потребует от стран и народов сотрудничества, и тем самым способствует их сближению. Азимов даже допускает возникновение некоего неформального мирового правительства, координирующего международные программы (в действительности, как мы знаем, международная разрядка конца 1980-х и 1990-х сменилась очередным противостоянием и взаимным недоверием между Западом и Россией).

С учетом вышеупомянутой предпосылки, Азимов прогнозирует следующие главные тренды 2019 года:

1. Дальнейшая компьютеризация и роботизация, причем роботы в 2019 будут привычной частью домашнего быта. Благодаря распространения роботов с компьютерами будет меняться экономика и рынок труда. По аналогии с тем, как по причине индустриальной революции рабочие места переместились с ферм на фабрики, по мере компьютеризации они перейдут с фабрик «во что-то новое«. Как и во время индустриализации, многие профессии (преимущественно рутинные, простые и повторяющиеся) отомрут — но еще больше появится новых. По мнению Азимова, они будут связаны с разработкой, производством, установкой и обслуживанием роботов с компьютерами (почему-то фантасту не пришло в голову, что этим тоже смогут заниматься роботы с компьютерами). По причине появления новых специальностей огромные перемены произойдут в образовании, а люди повально освоят компьютерную грамотность.

Процесс этот может оказаться болезненным для миллионов людей — из-за стремительных перемен в технологиях не все представители следующего поколения смогут освоить новые, необходимые экономике, специальности. Тем не менее, к 2019 переход к новой экономике в целом завершится, и новое, пост-переходное, поколение окажется к ней более подготовленным (не вполне понятно, почему Азимов считает процесс компьютеризации и роботизации труда разовым, а не постоянным, по мере совершенствования роботов с компьютерами).

Новые специальности потребуют новых подходов в образовании. Азимов предполагает, что самое лучшее, что может сделать учитель — это пробудить в своих учениках любознательность, которую те смогут самостоятельно удовлетворить при помощи домашнего компьютера. Это позволит каждому из школьников учиться так, как ему нравится, самостоятельно определяя способ, скорость и даже предмет обучения. В результате, по мнению фантаста, из обязанности учеба превратится в развлечение.

2. К 2019 экологические проблемы станут еще более очевидными, поэтому к этому времени им будут уделять все больше внимания. Азимов рассчитывает, что в результате напряженных усилий к 2019 в руках человечества появятся технологии, которые смогут приостановить и даже развернуть в обратном направлении процесс ухудшения глобальной экологии.

3. Фантаст не был бы фантастом, если бы не грезил о космосе. Накануне 1984 года Айзек Азимов предсказывал, что к 2019 году люди вернутся на Луну. Причем сделают они это ради не новых научных исследований, а добычи строительного сырья (металлов, керамики, стекла и бетона) для орбитальных станций вокруг Земли. Одной из таких станций станет солнечная электростанция, которая будет преобразовывать солнечную энергию в микроволны и передавать на Землю. По мнению Азимова, Солнце станет основным источником электроэнергии для всей Земли, причем эта энергия будет достоянием не отдельно взятых стран, а всего человечества. Помимо электростанций, на земной орбите будут размещены заводы, использующие преимущества невесомости, вакуума, низких температур и т.д. Отсутствие на орбите живых организмов позволит размещать в космосе радиоактивные и прочие вредные производства, а космос за пределами пояса астероидов можно будет использовать в качестве мусорной свалки (промышленные отходы туда можно будет доставлять, используя силу солнечного ветра).

По мнению Азимова, в космосе найдется место не только для роботизированных заводов, но и для человека — к 2019 году будут вовсю проектироваться или даже сооружаться космические поселения, рассчитанные на десятки тысяч жителей (с какой целью писатель не объясняет).

Таким начинающийся 2019 год видел Айзек Азимов. Большинство его предсказаний так и остались фантастикой — человечество очень далеко и от космических колоний с заводами, и от индивидуальной системы образования, и от домашних роботов. Причем писатель обошел вниманием один из самых интересных и важных вопросов: насколько умны будут эти роботы, какое они окажут влияние на наш образ жизни помимо того, что будут делать рутинную работу?

Некоторые из прогнозов Азимова не выдерживают критики даже с точки зрения 1984 года. Например, непонятно как можно всерьез рассчитывать на самообразование школьников благодаря массовому распространению домашних компьютеров [с выходом в Интернет]. И во времена писателя большинство американских подростков имели в своем распоряжении не только учебники, но и дополнительную учебную литературу — однако частенько предпочитали проводить свободное время перед телевизором или игровым автоматом.

С другой стороны, писатель ни словом не обмолвился о том, что представляется очевидным трендом в наше время — генной инженерии, нанотехнологиях, виртуальной реальности. И даже прогнозируя очевидное в его время распространение компьютеров, Азимов не догадался (или не счел нужным упомянуть) стремительный рост производительности этих компьютеров и их миниатюризацию. А застав в конце 1983 года зарождение Интернета, Азимов не попытался описать каким он будет — с его коммуникационными возможностями, электронными СМИ, сотнями тысяч книг, кинофильмов и т.д.

Таким образом, прогноз Азимова в значительной степени оказался ошибочным, неполным и чрезмерно поверхностным. Но как и всякий футурологический прогноз, он интересен тем, каким виделось будущее людям своего времени. В абсолютном большинстве случае это видение оказывается ошибочным — тем интереснее было бы сравнить наше нынешнее представление о 2054 годе с тем, каким он окажется в действительности, через очередные 35 лет. Было бы здоровье.

The Star